Политическая психология:

видеть, предвидеть, предвосхищать, прогнозировать!

 

1.      Старые споры, непонимание и неудачи.

 

Это первый сборник работ аспирантов кафедры политической психологии в 2001 году. Для меня это очень значительное событие, потому что опыт анализа политического поведения молодых людей молодыми исследователями чрезвычайно важен. Мало кто обращал внимание на то, что подавляющее большинство исследований и публикаций в России посвящено старшему, правящему поколению, которые имеют те или иные особенности, мнения, предпочтения, которые думают так, а решат вот так и пр. В действительности, все, что случится со страной, сделают те, кто сегодня почти не голосует, не высказывается, и их мнение почти не представлено ни в СМИ, ни в науке.

В 1986 году, когда я читал лекции на закрытых курсах ЛОК КПСС в Дюнах под Ленинградом, то говорил об этом своим слушателям – ведущим партийным работникам города и области словами Б.Окуджавы: «Вы слышите, грохочут сапоги…». Я уже тогда «слышал» вполне реальный «грохот» подхода юных реформаторов, которые начинали штурм командных высот отечественной экономики и политики. Юные были неизвестны, непонятны, недооценены поколением отцов. Эти «юные» в течение одного десятилетия смели с дороги самоуверенных стариков, наделав, правда при этом, массу непоправимых ошибок. Сегодня история повторяется: вчерашние юные реформаторы ведут себя так, словно пришли навек, и мало интересуются теми, кто «грохочет сапогами» уже у них за спиной. А они «грохочут». И они, новые юные, вновь все изменят так, что большая часть сегодняшних достижений окажется бессмысленной. Надо напомнить об этом нынешним правящим. Поэтому я очень благодарен проф. Н.Я. Олесич за инициативу и труд по созданию сборника исследований молодых о молодых.

Подобный сборник приоткрывает крышку над кухней очень сложной научной работы, потому что политическая психология одновременно фантастика и наука. Фантастика потому, что сегодня мы обсуждаем «как происходящее сейчас» то, что «уже в действительности произошло» в общественной жизни несколько месяцев или лет назад. Я без любопытства созерцаю последние новости на ТВ или в «Коммерсанте», потому что они – уже прошлое, и из них ничего не следует. Горячие новости - следствие того, что происходит в Будущем. Это Будущее совершенно реально существует, но о нем думает слишком мало людей. То, что там, в Будущем – вот что интересно, потому что только оно, а не Прошлое, объясняет происходящее сейчас. Волнение из-за очередной сегодняшней сенсации сравнимо с волнениями из-за варварства Ивана Грозного в 1569 году, когда он последовательно разорил и разграбил собственную Родину: спалил и усеял трупами Клин, Тверь, Торжок, Вышний Волочек, Новгород, Псков.

Понять фантастичность политической психологии труднее, чем бином Ньютона в математике. Действительно, то, что происходит в политике сейчас, мы поймем и оценим только через несколько месяцев или лет. Объясняется это инерционностью политического сознания, которое аналогично инерционности сознания пилота сверхзвукового истребителя. Известно, что летчик сверхзвукового истребителя видит перед собой и осознает то, что на самом деле находится уже на 200-300 метров позади его машины. Это происходит потому, что так быстро летит самолет, и так медленно движется нервный импульс по нервным волокнам человека. Инерционность политического сознания объясняет почему безумства Ивана Грозного не пресекались церковью, боярами и чернью в ответ на 60 тысяч безвинно убитых только в Новгороде, удушение Скуратовым митрополита Филиппа и др. Уже случилось, а мы осознаем это «задним умом». Потом в истории России подобная инерционность понимания и оценки психолого-политических событий неоднократно повторялась.

Но политическая психология не менее научна, чем авиационная техника. Самолет успешно взлетает и садиться на скоростях, превышающих 2 МАХа, потому что органы восприятия летчика стократно усилены электронными системами обнаружения и управления. Пилот с помощью приборов точно и во время знает все о том, что находится за много километров впереди его машины, хотя глаза и уши по прежнему обманывают его. И летчик руководствуется в своих последующих действиях не тем, что было у него позади, а тем, что предстоит ему впереди. Так и в политике. Аналогом «авиационных приборов предвосхищения» в политической психологии является психолого-политическое стратегическое прогнозирование. Изучая Будущее, которое начинает проявляться в сознании и поступках юных, можно увидеть и понять то, что в реальном времени летописцами и комментаторами еще не наблюдается и не сознается, но в действительности уже происходит. Уже происходит нечто такое, что изменит смысл жизни общества, за который мы отчаянно бьемся сейчас, основные ценности, по которым мы судим о человеке, главные цели всей цивилизации. Научность политической психологии базируется на том, что Настоящее определяется не Прошлым, как ошибочно думает большинство людей, а Будущим. Стратегическое прогнозирование предвосхитит ближайшие реформы и объяснит уже происходящие изменения.

Преодолеть непонимание фантастичности и научности политической психологии крайне важно, чтобы избежать новых катастрофических крушений, таких, которые претерпел СССР, терпит нынешняя Россия. В свое время мы не смогли помочь своим отцам, потому что они свято верили в решающее значение Прошлого для Настоящего, в принцип «здесь и сейчас», как главный объяснительный принцип, и считали, что мы фантазируем, когда сомневаемся в правильности пути, на который нас «ставили». У моего поколения был неудачный опыт отношений со старшим поколением, и я бы не хотел его повторения в ХХ1 веке с нашими аспирантами. Был в СССР разрыв поколений, был с последующим разрывом страны. Полезно вспомнить его детали, чтобы что это не повторилось.

(Самые сильные и теплые чувства я испытываю к поколению моих родителей. Известно, что им выпала ужасная доля: коллективизация, массовые репрессии, невероятная по жестокости Великая Отечественная война, восстановление страны, разрушенной до пепелищ – все на их глазах, в их душах и на их плечах. Они мечтали о светлой жизни, и у них взяли за эту мечту все: близких, здоровье, жизнь. Они надеялись, но их надежды были обречены. Для меня их жизнь, они сами, ассоциируются более всего с песнями «Эх, дороги, пыль да туман…» и «С берез не слышен, не весом слетает желтый лист…». Судьба разметала довоенных друзей, родных по бескрайнему пространству СССР, Европы, вплоть до Австралии. Им было не суждено снова собраться вместе, вернуться в родные края. Им некуда было возвращаться: ни деревень, ни дорог, ни домов – большая часть России превратилась в пустыню. И почти не с кем было встречаться: кто сгинул на войне, кто в лагере, кто на другом краю света, кто пил горькую.

Однако, старшие не производили впечатления несчастных и слабых. И до войны, в условиях нищеты, они плясали и веселились как нам и не снилось. От довоенной жизни моего отца осталось галстуков и стертых на танцах ботинок больше, чем у меня их накопилось за целую жизнь. Вернувшись с фронтов, они радовались так исступленно, что все сегодняшние шоу выглядят их тенью. В ЦПКиО зимой заливались все пруды и дорожки. Над Новой Деревней поздними вечерами стояло зарево разноцветных огней и спать не давала громовая музыка, под которую десятки тысяч «взрослых» до глубокой ночи носились на коньках. Футбольные страсти вокруг «Зенита» в 40-50 годы превосходили ажиотаж вокруг нынешних чемпионатов мира. В дни футбольных матчей Ленинград переходил на осадное положение: все трамваи города несколько часов везли на стадион Кирова болельщиков – на подножках, буферах, сцепках, на крыше. Выход на поле вратаря «Зенита» Леонида Иванова в надвинутой на глаза кепке-лондонке вызывал на трибунах рев, какого я не слышал с тех пор нигде и никогда. Ни на стотысячных стадионах в Нью-Йорке, ни во Флориде на матчах по американскому футболу. Нигде и никогда.

Однако в 60-70-е годы что-то надломилось. Победители растерялись, но отказывались признаваться в этом. Все больше и больше пили. Все меньше и меньше пели за столом. Надвигалось что то неясное, непредвиденное. Затянувшееся на полстолетия празднование победы в Великой Отечественной войне позволяло отвлекаться от тяжких подозрений. Спасения искали в привычных, как кони Буденного, танках, самолетах, бомбах, ракетах, песнях о величии страны. Мир между тем развивался совершенно по иной модели, но это воспринимали с недоверием и враждебно. А пока поднимали чарки за победу, а потом – за все, что приходило на ум. Со времен сотворения мира так не пили дома и на работе, как в 60-70 годы. Когда мое поколение стало взрослым, и пришло наше время решать, нас встретили как.. соперников.

Нет слов, они нас любили, рожденных в голод и блокаду. Они подняли нас из безнадежного состояния, не считаясь с реальными возможностями страны и со скверным состоянием нашего здоровья и ужасным поведением. Учебники, спортшколы, лагеря отдыха, индивидуальный контроль за здоровьем каждого – все было. Нас вылизывали и вылечивали, но близко не подпускали к проблемам времени, которое было уже наше! А мы видели и понимали, уже знали и предсказывали, а нас даже не слушали. К 70 годам у моего поколения уже был свой военный, трудовой, гражданский опыт, но все разговоры за пределами «тонн, кубометров, километров», о психологии, информации, футурологии, отметались старшими с полуслова.

Не сомневаюсь, что старшие понимали, что мы отстаем от мира в информационных, социальных системах, в модернизация оборудования на полстолетия. Не хотели обсуждать того, что страна жила в условиях массового саботажа, повального брака, зарывания и пропивания денег. Общество утратило смысл, ценности, цели развития, на словах строя коммунизм, а в жизни распределяя скудные блага по блату и через бутылку. Старшие не разрешали об этом говорить. Тем более, что до середины 80-х почти все должности мастеров, начальников цехов, директоров заводов, заведующих кафедрами занимали в основном фронтовики, которые все «знали» и близко не подпускали к проблемам страны …собственных детей).

Первым человеком, который выслушал меня внимательно, был Первый секретарь ЛОК КПСС Ю.Ф., когда мне было уже 44 года. К этому времени, я уже понюхал пороху, строил подводные лодки и ракеты, работал в Коми и в Казахстане в студенческих строительных отрядах. Я изучал жизнь в ГДР, в ЧССР, в ФРГ и понимал, что… СССР пришел конец. Праздник кончился. Встреча с Ю.Ф. произошла почти случайно в 1986 году. В воздухе пахло катастрофой и он говорил со всеми, о ком в городе ходили странные слухи. В позднем вечернем разговоре в Смольном участвовали трое: Ю.Ф., его референт О.М. и я. Он остро спросил, а я рискнул, и предсказал крушение КПСС в 1990 году. Ошибся я на один год. Ю.Ф. – герой-фронтовик, строитель Ленинградского метро, не поверил мне, как он сказал мне позднее, в 1999 году, но и не «сдал» тогда. Напротив, именно он создал все условия для анализа ситуации в стране с совершенно новых научно-методологических позиций. Мы очень старались до самого 1991 года, но спасти завоевания наших отцов было уже невозможно – старшее поколение не понимало, а младшее ничего не решало. О чем же шла речь?

 

2. Новая психология смысла, ценностей, целей ! Гипотеза.

 

В мире снова происходят такие изменения, которые снова призывают к действию новое поколение. Им предстоит создать новую психолого-политическую концепцию жизни, исходя из совершенно новых реальностей. Требуется концептуальное психолого-политическое мышление. Концепция - это не генеральный план, это философское обоснование самого смысла нашего существования в новых, современных условиях. Не сомневаюсь, что большинство граждан России испытывает смутное подозрение, что современная жизнь идет где то рядом, мимо нас. Страну покидают видные ученые, общественные деятели, к нам не приезжают деятели зарубежной культуры и науки, сокращается количество иностранных студентов. Люди с трудом могут вспомнить три, четыре фамилии писателей, ученых, конструкторов мирового масштаба, которые сегодня творят в стране. Есть ощущение того, что страна отстает от развития современной цивилизации, которую одни именуют наступлением информационной эпохи, другие процессом глобализации. И эти подозрения оправданы.

Не только Россия, весь мир озабочен проблемой “Моста в Будущее”. Ни одна, самая могущественная держава не имеет билета в Будущее, потому что это Будущее принципиально отличается от Прошлого. Большая часть Прошлого в Будущем не понадобиться. Все в ХХ1 веке новое, даже “уходит в прошлое словарный запас многих поколений”. Чтобы сохраниться, Россия, как и весь мир, должна мыслить и действовать глобально. Начинается глобализация, как говорят, с готовности мысленно заглянуть за границы привычного, проверенного, испытанного. Сейчас время действовать, даже если надо расстаться с милыми нашему сердцу привычками. Реакция на глобализацию должна быть наступательной, а не оборонительной: чем скорее у нас произойдут изменения, тем лучше для нас.

Перспектива отстать от глобализации такова - уже сегодня 880 миллионам человек в мире нечего есть. Нашей цивилизации чтобы спасти положение необходимо в ближайшие 30 лет удвоить объемы производства продуктов питания. Но если к 2020 году спрос на урожай в мире увеличится вдвое, то посевные площади только на 20%. С 1950  мировое потребление энергии выросло в 4 раза, а к 2060 году потребуется трехкратное потребление энергии. Традиционные энергоносители: уголь, нефть, газ, уран удовлетворят потребность планеты в энергии только наполовину. И т.д. Жить в России, делая вид, что эти и другие грандиозные мировые проблемы не имеют к нам отношения - неверно. Россия наиболее уязвима в наступающем веке. Именно нам потребуется предельная активность и изощренная изобретательность, чтобы сохранить страну, народ в условиях всеобщей глобализации экономики и всей жизни на планете.

Сегодня понятно, что радикальная ориентация на Будущее - главное условие экономического роста, внедрения инноваций, сокращения безработицы и государственного долга. Страны-лидеры уже почти свели народное хозяйство и жизнь общества к Интернет-технологии. Например, Администрация США в феврале 2000 года представила Программу стоимостью 2,4 млрд долларов, в которой упор делается на доступ к Интернету, подготовку специалистов в области программирования. Американцам удалось подключить к Интернету 51% классных комнат в своих школах, а вскоре США намерены подключить к Интернету каждый школьный класс. США коренным образом улучшили учебные заведения, направили в школы 100 тысяч специальным образом подготовленных учителей, чтобы сократить численность учащихся в каждом классе. У них растет успеваемость по математике. Они ввели в жизнь программы “Надежда” и “Учись всю жизнь” и заплатили 10 миллионам семей за обучение детей в колледже, а 25 миллионов семей получили налоговую льготу на детей. В конечном счете появилось 22 миллионов новых рабочих мест, а 20 миллионов человек заняты уходом за новорожденными. Все, что США могли, они вложили в качество “человеческого материала”, потому что победу в глобализации обеспечивают не природные ресурсы, а “неограниченные ресурсы знаний”!

По данным ЭКСПО2000 у Интернета сегодня 250 млн пользователей, но у большинства людей нет экономических предпосылок для включения в общество знаний. В первую очередь это относится к жителям России. Для сравнения, в США на сто служащих приходится 110 компьютеров, а даже в Европе - 54. В США на 100 жителей приходится 47 компьютеров, а в Европе только 18. Для обеспечения лидерства, фирмы, связанные с Всемирной сетью, создали в США в 1988 году 1,6 млн рабочих мест, а в минувшем - даже 2,3 млн. Делается это из расчета, что Будущее определяется комбинацией из прочных позиций в области СМИ и Интернет-компетенцией. Интернет-индустрия с общим оборотом в 500 млрд долларов сравнялась по своему значению с такими народно-хозяйственными отраслями, как авиационная промышленность или телекоммуникации. Лидерство в информационных технологиях позволяет США утверждать в мире собственные технологические нормы, как международные (например, мобильные телефоны, электронную торговлю и пр.). Доминируя здесь, они легко утверждают свои ценности и интересы, такие, как отношение к смертной казни, к религиозным сектам, к форме социального и политического устройства государств. Те, кто не имеют сравнимой Интернет-индустрии политику не делают, а повинуются ей из-за отсутствия собственных информационных ресурсов.

В промышленно развитых странах сегодня более 30 млн безработных, но они полностью демонтируют все старые представления о жизни в ХХ! веке, вкладывая все средства в качество подготовки своих юных граждан. Тем более, что труд, как основа существования человека тоже находится в процессе радикальных перемен: классические формы организации предприятия исчезают, создаются мобильные рабочие места, утрата уверенности в завтрашнем дне компенсируется большей свободой, люди могут строить свою жизнь более гибко и с большей ответственностью. Классическое, привычное общество труда находится на пути к преобразованию в новое общество деятельности. Никто не знает, каким будет труд завтра? Какие новые профессии возникнут? Какой будет система социальной защиты?

Все эти вопросы являются вторичными по отношению к вопросам, за которые несут ответственность политические психологи. Любое действие, любая активность, труд, работа, деятельность имеют в своей основе побудительное начало, которое проектируется ранее, чем самые совершенные технические устройства или финансовые схемы: зачем, ради чего, куда? Только получив ответ на эти  вопросы специалист начинает интенсивную деятельность в материальной среде, радикально изменяя представление о возможностях человека. Формирование системы мотивов – главная поле битвы между всеми странами мира! Кто раньше и точнее найдет методы побуждения людей к активной инновационной деятельности – тот займет место в ряду преуспевающих стран с далекой перспективой. Проблема у всех одна: новая среда – новый смысл жизни. Какой он? Новые возможности – новые ценности. Какие они? Новая работа – новые цели. Какие они? Без ответа на эти вопросы ни одна страна не может принять т.н. вызовы времени. Старые смысл, ценности и цели потеряли свою мотивирующую силу повсеместно.

В последние годы систематически предпринимаются попытки сформулировать цели для России, ценности для политики, смысл жизни для народа. Пока все эти усилия не принесли результата. Народ безмолствует и страна работает из рук вон плохо. Причина относительных неудач и незавершенности работы, по моему мнению, заключается в том, что смысл, ценности и цели рассматриваются изолированно, в отрыве друг от друга. Здесь то и начинается научность политической психологии. Системный подход проф. Ганзена В.А. позволяет решить эту головоломную задачу. С позиций его теории смысл, ценности и цели - психологические феномены политики, которые тесно связаны между собой и представляют из себя жесткую систему. Систему настолько же строгую, как, например, закон Ома, в котором значение и существование напряжения (Е), сопротивления цепи (R), силы тока (I) зависят целиком друг от друга. В проводимых сейчас исследованиях я приравниваю электрическое напряжение - к смыслу жизни человека, сопротивление электрической цепи – к ценностям общества, силу электрического тока – к целеобразованию государства. Тогда отсутствие или ослабление одного из параметров формирования инновационного общества, будет объясняется слишком большими или малыми значениями двух других параметров и т.д.

Главным препятствием для ответа на основной вопрос глобализации является не теоретическая или практическая трудность определения ценностей, формулирования смысла и указание целей, а недооценка значимости именно этой проблемы руководителями всех уровней в России. Многие из них понимают политическую психологию как фантастику слишком буквально и снисходительно. Фантастика здесь: умение научно предвидеть и прогнозировать – главное условие психолого-политических исследований. Это требует особых способностей.

В пользу того, что проблема есть и она решаемая – четкое деление граждан России на успешных и неуспешных по признаку ответа именно на эти вопросы. Люди, не ответившие себе на непростой вопрос о цели своей жизни, ее смысле и своих ценностях становятся легкой добычей чрезвычайно тяжелых условий жизни в России. Они напоминают собой водолаза без скафандра, обреченного на верную гибель. Миллион человек в год страна теряет именно из этого контингента неопределившихся людей. Единственная и сильнейшая защита человека, общества, государства от агрессивной среды политических, социальных и политических преобразований – это нахождение себя в этой среде через треугольник смысл-ценность-цель. Успешные граждане России, прошедшие огонь, воду и медные трубы, и уцелевшие при этом, как правило или отвечают на вопросы о смысле, цели и ценностях, или думали над ними, и это спасало их в безнадежных ситуациях.

Вопрос о психологии смысла жизни, психологических ценностях и психологии целеобразования и был тем проклятым вопросом, который не обсуждался в СССР и был готовым к употреблению, как «витамин». Марксистско-ленинская идеология, Программы КПСС, в значительной мере содержали ответы на эти вопросы. Подобное благополучие длилось до начала грандиозной научно-технической и социальной революции в мире. Социалистический «витамин» был достаточно эффективным, но с момента начала неожиданных инноваций он потерял свою силу. Обсуждать состав «витамина», подвергать сомнению его «рецептуру» старшие нам не позволяли. Сегодня вопрос снова в повестке дня – снова в мире идут инновации небывалой мощности. Снова требуется поиск психолого-политического смысла жизни, ценностей и целей для общества. Но на этот раз у молодых исследователей развязаны руки. Им повезло. Надо им не мешать. Осталось подождать, повезет ли стране?

 

Заведующий кафедрой политической психологии
доктор психологических наук, профессор

Юрьев А.И.

 

24.01.01.